А мы его изобличили! - В чем вы его изобличили? Кречетоглазый дернулся на стуле и опять бросил с неожиданной усмешкой, с предвкушением удовольствия и злорадства, не мигая и не сводя ясных прозрачных глаз: - Ну это позволь уж нам знать, в чем мы его изобличили.- Смакуя каждое слово, произнес, упиваясь произведенным эффектом: - Это наше дело.
Докладывать каждому не стану.
Ну что ж, если так,- растерянно промолвил Едигей.
Его враждебные воспоминания не пройдут ему даром,- заметил кречетоглазый и принялся что-то быстро писать, приговаривая: - Я думал, что ты поумней, что ты наш человек.
Передовой рабочий.
Бывший фронтовик.
Поможешь нам разоблачить врага.
Едигей нахохлился и сказал негромко, но внятно, тоном, не оставляющим сомнений: - Я ничего подписывать не буду.
Это я вам сразу говорю.
Кречетоглазый вскинул уничтожающий взгляд.
А нам и не нужна твоя подпись.
Ты думаешь, если ты не подпишешь, то делу пшик? Ошиба-ешься.
У нас достаточно материалов для того, чтобы привлечь его к суровой ответственности и без твоей подписи.
Едигей умолк, чувствуя униженность, жгучую опустошенность.
